27 января 2018 | 09:30 0 4 231

Сергей Костенко родился в Арцизе Одесской области. В 22 года окончил Одесскую государственную юридическую академию по специальности «правоведение». Тогда же в 1999 году начал работать на должности помощника прокурора Суворовского района Одессы.

С сентября 2003 по декабрь 2006 года – прокурор Килийского района Одесской области. До июня 2011 года занимал должность заместителя прокурора Одессы, а после был заместителем прокурора Приморского района и главой прокуратуры Киевского района. Длительное время был заместителем прокурора области, откуда потом ушел в квалификационно-дисциплинарную комиссию прокуроров (КДКП). 368.media встретилась с «надзорником», чтобы прояснить, чем конкретно занимается комиссия и каким будет будущее украинской прокуратуры…

Чем вы занимаетесь?

У нас есть квалификационная и дисциплинарная функции. В чем состоит квалификационная функция? Мы определяем уровень профессиональной подготовки людей, которые изъявили желание стать прокурорами. Дисциплинарная функция – это проведение проверок и рассмотрение дисциплинарных жалоб на прокуроров.

Они первый раз приходят в профессию?

Да. Для этого обязательно иметь двухлетний стаж работы в области права. После подачи документов, кандидаты сдают квалификационный экзамен. В случае успеха они зачисляются на специальную подготовку сроком в один год. Далее по результатам рейтинга, полученного после сдачи квалификационного экзамена, они могут участвовать в конкурсе на вакантные должности, но только в местных прокуратурах.

Конкурс  комиссия проводит?

Мы, фактически, и есть конкурсная комиссия. Потом, когда конкурсанты станут прокурорами, мы также контролируем соблюдение с их стороны служебной дисциплины.

Какая сейчас тенденция? Много ли людей поступают и откуда они поступают?

Первый набор, который проводила комиссия прокуроров, был в июле 2017 года. Всего подалось 600 человек на 300 мест. В основном это люди около 30 лет.

Теперь после ВУЗа  нельзя получить направление в прокуратуру?

Нет. Системы распределения уже нет. После ВУЗа сразу нельзя поступить в прокуратуру. Юридический стаж исчисляется только с момента получения высшего юридического образования. Конкурсанту в любом случае необходимо отработать два года по специальности.

Из каких сфер к вам приходят?

Закон так написан, что пока получить приток новых прокуроров по принципу «лучшие из лучших» нельзя. Поэтому, к сожалению, есть мотивация приходить на конкурс в прокуратуру только у тех, кто еще не имеет места работы. Тенденция такая, что за эти два года после окончания ВУЗа, действительно грамотные юристы могут себя реализовать как адвокаты или в других видах юридических профессий. Проблема в том, что во время конкурса за человеком не сохраняется его рабочее место на период спецподготовки. Вдруг он ее не пройдет. К тому же в этот период не включается юридический стаж. Законом не предусмотрено какой-либо системы формирования кадрового резерва внутри прокуратуры. В тоже время у адвокатов и судей он есть – это помощники, которые имеют официальный статус.

Человек может куковать и потом еще и не пройдет?

Да. При этом если он сдаст квалификационный экзамен и пойдет на спецподготовку, он не будет куковать. Он будет год занят, но при этом получать 2/3 оклада прокурора местной прокуратуры.

Сколько это?

На сегодняшний день это будет порядка 4 тыс. гривен.

Это вообще неинтересно.

Как посмотреть.

В ГПУ вообще понимают, что они этим самым закладывают коррупционные риски? Если человек идет туда на зарплату 2 тыс. гривен…

Зарплата прокурора местной прокуратуры 15 тыс. гривен со старта. Вопрос не в коррупции. Нам необходимо и получить в прокуратуру людей, которые наиболее достойны. Кандидата год готовят к работе прокурором.

А кто спецподготовку проводит?

Национальная академия прокуратуры. Хотя нет необходимости, чтобы люди год сидели за партой. Они же пять лет учились и два года работали в сфере юриспруденции. Нужно кардинально пересмотреть программу спецподготовки для того, чтобы кандидаты занимались решением практических задач, и мы получали на выходе хоть и минимально, но подготовленного прокурора.

Есть логика в том, чтобы сократить этот год до нескольких месяцев?

Может и не стоит сокращать. Нужно, чтобы этот год был эффективен, а не «сидеть еще год и слушать лекции». Эффективность использования бюджетных средств на такую подготовку сомнительна.

Выходит, что результат работы конкурсантов появится только через год?

Да. Это не очень хорошо еще и с другой точки зрения. У нас абсурдная ситуация, квалификационный экзамен на должность прокурора сдается до спецподготовки, а не после. Это абсолютно нелогично. Зачем тогда проходить спецподготовку, ведь она уже ни на что не влияет. Рейтинг прокуроров должен зависеть от результата спецподготовки.  А у нас получается специальная подготовка прокурора чистая формальность.

Они могут не ходить?

Скорее просто ходить, чтоб отмечаться, а не учиться. У меня субъективное впечатление, но закон «О прокуратуре» настолько противоречивый, насколько нелогичный, что на сегодняшний день просто не выдержит какой-либо критики.

А кто в ВР должен заниматься его совершенствованием?

Комитет Кожемякина по вопросам правоохранительной деятельности. Надо отдать должное, с ними у нас полное взаимопонимание. Всеми депутатами этого комитета, в порядке законодательной инициативы внесен в парламент законопроект 7165, разработанный КДКП, который должен устранить все нелогичные, где-то даже курьезные моменты, закона «О прокуратуре».

Как смотрит на эту ситуацию Луценко?

Надо это спросить у Луценко. Мы с ним по поводу законопроекта не общались. У нас есть лишь заключение Генпрокуратуры, где документ воспринимают в штыки. Хотя все ведущие юридические ВУЗы страны, Национальная академия правовых наук, Институт права имени Корецкого, все дали по нему положительное заключение. Необходима более глубокая коммуникация с ГПУ, для того чтобы там поняли о чем идет речь.

Недавно столкнулись с уголовным производством, где человек подал декларацию как кандидат в Артемовскую местную прокуратуру, указал только зарплату, но скрыл имущество семьи. Как проверяют кандидатов?

После экзамена проводится спецпроверка.  Тут тоже очень «интересно» закон написан. Написано только, что КДКП организовывает специальную проверку, а кто ее проводит — непонятно. По норме другого закона – «О противодействии коррупции», спецпроверку проводит администрация того органа, в который претендует прокурор. Единственное, в чем проблема, на момент экзамена, мы еще не знаем, в какой прокуратуре человек будет работать. Может быть выход такой, что мы поручаем  проведение спецпроверки тем прокуратурам, из каких регионов люди подали документы. Может быть сама комиссия должна рассылать запросы для спецпроверки. Пока неизвестно. Это очередной пробел в этом законе.

Сколько было дисциплинарных дел и сколько фигурантов привлекли?

Мы начали рассматривать дела дисциплинарного производства в отношении прокурора с 18 июля 2017 года. С этой даты была запущена автоматизированная система распределения дел между членами комиссии. Без этой системы мы не имели права прикасаться к производству, точно так же как в суде. Дело распределяется компьютером, что исключает субъективный фактор при распределении дисциплинарных жалоб. Всего принято решений по более чем 1100 жалобам, из них примерно 30 процентов переросло в дисциплинарные производства, по которым уже 75 прокуроров привлечены к дисциплинарной ответственности.

Какой состав комиссии?

Одиннадцать человек. Есть секретариат – около 40 сотрудников. Без этой системы не имели права прикасаться к производству, точно так же как в суде. Дело распределяется компьютером, что исключает субъективный фактор при распределении дисциплинарных жалоб. Всего с июля мы рассмотрели 1100 дисциплинарных жалоб.

А жалобы поступают от кого угодно?

Верно. Руководство прокуратуры пишет, пишут граждане, адвокаты, участники процесса… Дисциплинарные производства в отношении военных прокуроров, прокуроров САП мы тоже рассматриваем.

Какие чаще всего поступают жалобы?

Самое большое количество жалоб поступает от участников процесса, которые жалуются или не согласны с действиями прокуроров в уголовном процессе. Как  правило, они не подтверждаются, по одной простой причине: закон «О прокуратуре» требует в случае, если обжалуется решение, действие либо бездействие прокурора, сначала провести обжалование в порядке, предусмотренном УПК.

Они должны в суд подать?

В суд, вышестоящему прокурору, в зависимости от ситуации. А граждане пишут сразу нам. Мы не можем давать оценку действиям прокурора в рамках уголовного процесса вне рамок обжалования этих действий в порядке этого же процесса. Однако, в тоже время мы имеем право и обязаны давать оценку бездействию тех руководителей прокуратуры, которые не выполняют своих обязанностей по надлежащему рассмотрению жалоб на подчинённых им прокуроров в рамках уголовного процесса. Однако, подчеркиваю – это касается только случаев принятия решений прокурором в пределах своей компетенции в уголовном процессе, и это обусловлено гарантиями его независимости, предусмотренными законом. Остальные случаи нарушения законодательства прокурором могут рассматриваться сразу в КДКП. Если суд или вышестоящий прокурор установят нарушения в процессуальной деятельности прокурора, то дело можем рассматривать и мы.

А если не установят?

Если не установят, значит, прокурор тоже имеет право на свое мнение. Есть такое понятие как профессиональный риск. Нельзя в каждом случае предусмотреть до 100% исход какого-либо дела. Во всех странах мира это считается абсолютно нормальная практика если попытались в суде доказать вину человека, но прокурор не смог убедить суд в этом, что имело последствием оправдательный приговор. Не факт, что человек при этом не действительно виновен, но так как не было достаточно доказательств, он считается невиновным и это правильно.

Или улики не собраны…

Опять же, улики собирает не прокурор, их собирает орган досудебного следствия. Как правило, когда читаешь дело, на досудебном следствии все хорошо, идешь в суд, вызываешь свидетеля, оказывается, там подделаны его показания. Как это можно было установить, читая протокол следователя полиции? Такое тоже часто бывает и не всегда прокурор виноват.

Есть более сложные ситуации. Например, у нас жалобы заходят о возможном совершении прокурорами уголовно наказуемых деяний. Допустим, прокурор вымогает взятку. Есть все необходимые данные, негласные следственные действия и показания, осмотр места происшествия, и к  нам обращаются с дисциплинарной жалобой о том, что такому сотруднику не место в органах прокуратуры. Ситуация: ждать приговора суда либо принимать решение по поводу соблюдения прокурором правил прокурорской этики? Например, дела в отношении донецких прокуроров Украинского и Кального. Они подозреваются в совершении преступления, связанного с вымогательством неправомерной выгоды, но приговора нет. У комиссии дилемма: либо мы говорим, что вопрос не будем рассматривать, так как есть презумпция невиновности, либо мы говорим, что давайте оценим их действия, не с точки зрения нарушения требований УК, а с точки зрения нарушения кодекса профессиональной этики. В материалах дисциплинарного производства мы видим, что прямо в кабинете прокурора идут переговоры с адвокатом лица, которое является потенциальным подозреваемым о предоставление денег за возврат изъятых при перевозке контрабандных рублей через линию разграничения сторон в зоне конфликта на территории Донецкой области. Такое поведение прокурора является с его стороны грубым нарушением требований прокурорской этики и мы принимаем решение о его увольнении. Хотя при этом мы не исключаем, что суд этого прокурора может оправдать. Мы говорим только о совершении прокурором дисциплинарного проступка.

 

Они прямо в кабинете обсуждали…

Где эти деньги будут потом храниться, чтобы они отлежались и далее. У нас эти сведения сомнений не вызывают. По этим доказательствам нам можно принять решение. Этих прокуроров увольняем, не дожидаясь приговора суда.

Какая главная проблема с прокурорами?

Как прокурор с почти 20-летним стажем скажу, что хочу логического завершения реформы прокуратуры. Чтоб нам сказали: вот правила игры и  если вы согласны, работайте.  Вы согласно этих правил получается не большую, но достойную зарплату, не отходите ни влево, ни вправо от буквы закона и тогда у вас все нормально и с текущей работой, и с карьерой и с отношением к вам общества и СМИ. Вроде бы все просто, но мы до сих пор не знаем, например, какова роль прокурора в уголовном процессе, он обязан раскрывать преступления или обеспечивать соблюдение законных прав участников процесса? Наконец-то уже бурная деятельность вокруг прокуратуры рано или поздно должна закончиться. Мы не можем с 1996 года постоянно реформироваться.

Как проходят заседания комиссии?

Все заседания открытые, присутствуют СМИ, мы ведем видеозапись все желающие, насколько позволяет наш зал. К сожалению, мы работаем в неприспособленном помещении в академии прокуратуры. По поводу обеспечения комиссии материально и организационно – это отдельный разговор.

Пытаются договориться? Ищут выходы на комиссию?

С 11 людьми договориться невозможно. Мы – коллегиальный орган. Шесть голосов необходимо для принятия решений. Влиять на комиссию в этом плане сложно, практически невозможно. Для кворума нужно девять человек.

Как туда людей отбирали?

Большинство членов комиссии не является прокурорами — из 11 членов комиссии только 5 прокуроров, которые избираются всеукраинской конференцией прокуроров. Троих назначает уполномоченный ВРУ по правам человека по согласованию с профильным комитетом парламента, одного двоих назначают от юридических вызов и одного – съезд адвокатов. У всех членов это работа постоянная с записью в трудовой книжке. Оплата труда в месяц рядового члена комиссии порядка 35 тыс. гривен.

Эта сумма достаточна для комиссии?

У руководства органов прокуратуры, причем даже не уровня Генеральной прокуратуры, в отношении которого мы рассматриваем дисциплинарные производства, больше зарплата чем у нас. Мы не завидуем, достойная зарплата прокурора это правильно. Чем больше зарплата у прокурора, тем меньше будет коррупционных рисков. Но мы считаем, что члены КДКП не должны получать меньше. И ситуация с зарплатами в КДКП тоже до абсурда доведена нашим законодательством. Согласно постановлению Кабинета Министров, которым регулируется зарплата членов КДКП, размер премии, которая составляют основную сумму зарплаты, нам определяется Генеральной прокуратурой, в отношении многих сотрудников которой, в том числе самого высокого звена, мы ведем дисциплинарные производства.

Ему что-то не понравится и он срежет?

На днях скинули смету на финансирование КДКП на 2018 год. Она утверждена заместителем генпрокурора Столярчуком, которого мы привлекли к ответственности (выговор). Смета, по нашему мнению, не выдерживает никакой критики, потому что финансирование предусмотрено на уровне 2017 года. Хотя в 2017 году мы проработали только полгода. Я бы не сказал, что со стороны ГПУ есть давление при принятии нами решений, но мы и не видим пока должного уровня взаимодействия.

У вас были заседания, куда никто не приходил, ни ответчик, ни заявитель?

Конечно. Мы всегда настаивал на явке, по крайней мере, прокурора, в отношении которого это дело слушается. Но если он своей неявкой пытается затянуть дело, то мы имеем право при повторной неявке принять решение.

Расскажите, что об инциденте с зампрокурора Сумской области Сергее Маслюке?

Мы оценивали не уголовное правонарушение, а факт совершенного прогула. В двух словах примерно ситуация следующая: он оформляет больничный о якобы стационарном лечении, но при этом уезжает отдыхать в Буковель. Приезжает, подает этот больничный администрации прокуратуры и на срок больничного продлевает свой отпуск. Мы видим, он этого даже не отрицает, что не лежал на стационаре, а в это время находился Буковеле. Он настаивает, что он думал, что он находился на амбулаторном лечении. Комиссия посчитала это прогулом.

Это форменная наглость или нет?

Он в обеденный перерыв ездил тренироваться в спортзал, но при этом не укладывался в этот период обеденного перерыва, и, скажем так, систематически опаздывал на работу. Не знаю, это наглость или нет, но это однозначно грубое нарушение правил внутреннего служебного распорядка

Вы не опасаетесь выносить такие решения, как в случае со Столярчуком, в одном ведь котле варитесь?

Мы, хоть и независимые, работаем и принимаем решения  как считаем справедливым, но понимаем, что через 3 года возвращаться обратно в систему прокуратуры на те же должности, с которых уходили. Мы станем рядовыми прокурорами и конечно думаем о том, не будет ли «ответочки» за принципиальность в эти три года работы. Но покажет только время. Моя прежняя должность считается временно вакантной. Ее пока занимает другой человек на время моего отсутствия.

Что побудило вас идти в комиссию?

Если вы знаете, я избран членом КДКП еще в апреле 2016 года, опять же самым большим количеством голосов Всеукраинской конференции прокуроров. Возглавляю общественную организацию прокуроров. Хочется все-таки повлиять на изменения внутри системы прокуратуры именно со стороны прокуроров, а то нас реформируют все кому ни лень под соусом, что прокуроры все негодяи. Но почему-то от этих реформ работа прокуратуры становится только хуже и уничтожается кадровый потенциал.

Пример работы. Мы обжаловали в Окружном админсуде Киева постановление Кабмина об установлении окладов для сотрудников прокуратуры. Обжалование этого постановления Кабмина с февраля 2016 года слушается в суде первой инстанции. Документ, по нашему мнению, противоречит ст. 81 закона «О прокуратуре», которая устанавливает нам оклады выше, чем правительство. Мы говорим, что нужно просто выполнить закон об уровне окладов прокуроров, тем более что уровень финансирования это позволяет, а не платить зарплату в основном за счет премий, постоянно шантажируя прокурора лишением премии. О какой независимости прокурора и подчинении его только закону может идти речь в такой ситуации.

Как с патрульными?

Совершенно верно. Это наверно для того чтобы держать прокурора на коротком поводке. Какое право есть у руководителя органа прокуратуры? Лишать премии. Фактически это один из рычагов нивелирования реформы. Мы говорим о том, что гарантией независимости прокурора является особый порядок привлечения прокуроров к дисциплинарной ответственности. У нас наказывают прокуроров лишением премии, не привлекая в установленном законом порядке к ответственности через КДКП.

Решения комиссии уже оспаривали в судах?

Большая часть их оспорена, но еще нет ни одного решения суда. Решение комиссии оспаривается либо в Высшем совете правосудия, либо в Верховном Суде.

Членов комиссии не вызывали в качестве свидетелей?

В качестве представителя ответчика мы уже ездили в Высший административный суд, который действовал до 15 декабря. Все эти дела теперь переданы на рассмотрение ВСУ.

Когда были реформы прокуратур, люди жаловались, что их сокращали, не предлагая альтернативную должность…

На страже прав прокурора в этом случае сейчас стоит КДКП, потому что сейчас уволить прокурора по сокращению можно только на основании нашего представления. Мы такие дела уже рассматриваем. Если не соблюдены все права прокурора, мы отказывали в увольнении,  даже в случае, если к нам обращался по этому поводу генеральный прокурор.

А что за дисциплинарное производство в отношении Луценко? Это не его сообщения в Facebook?

По закону мы не имеем права разглашать данные прокурора до рассмотрения дела в КДКП.

Сколько за сутки заседаний на взыскание происходит?

По дисциплинарным вопросам  происходит раз в неделю по средам. Выносится где-то порядка 30-40 вопросов повестки дня.

В связи с недостоверным декларированием были какие-то решения?

Много таких решений. Я не могу сказать в процентном соотношении, но очень много.

 

У зампрокурора Ивано-Франковской области Тарованина есть отель и НАБУ открыло дело. Комиссия может начать рассмотрение только когда им поступит материал?

По закону единственным основанием для открытия дисциплинарного производства являются дисциплинарная жалоба. Мне неизвестно о наличии подобной жалобы

Были ли факты давления со стороны общественных активистов, политиков?

Как такового откровенно давления не было. Пока что.

Вы знаете, у нас любят искать сепаратистов, поклонников русского мира…

Такого не было. Более актуальный вопрос о необходимости реального становления КДКП как органа, обеспечивающего работу прокуратуры. Я уже не раз говорил ГПУ, что есть два варианта: либо КДКП получит необходимый статус, либо мы вообще утратим КДКП как таковую, ведь ее функции вполне можно по Конституции свободно передать в части дисциплинарных жалоб в Высший совет правосудия, а добор прокуроров в Высшую квалификационную комиссию судей, переименовав ее в Высшую квалификационную комиссию правосудия. Если мы уже создали КДКП как орган, обеспечивающий деятельность прокуратуры, так давайте совместными усилиями сделаем так, чтобы он был максимально эффективен.

Палка о двух концах получается?

Мы у руководства ГПУ и прокуратур регионов забрали большой кусок полномочий, связанных с приемом на работу, и с привлечением прокуроров к ответственности. Назад дороги нет. Функция, которую осуществляет КДКП, предусмотрена Конституцией и должна осуществляться независимым органом. Вопрос только в том, что эта функция будет осуществляться в системе прокуратуры, либо эта функция вообще будет утрачена прокуратурой и будет осуществляться органом, который находится в судебной системе. Вот вся альтернатива.

Как вы оцениваете вообще эффективность работы органов прокуратуры?

Если говорить о работе в уголовном производстве, то давайте говорить отдельно о процессуальном руководстве, которое осуществляется на досудебном следствии, и отдельно о поддержании государственного обвинения, которое осуществляется в суде. Это разные вещи.

Эффективность процессуального руководства всегда зависит от того, что любой руководитель должен иметь рычаги влияния на тот объект, которым он руководит. Что имеет право сделать прокурор? Прокурор имеет право дать указание следователю полиции или другого правоохранительного органа  о производстве необходимых следственных действий в каком-либо уголовном производстве, и все. Зачастую следователь их игнорирует. Особенно следователи полиции у нас этим страдают. Какого либо механизма ответственности в законодательстве за игнорирование указаний прокурора нет.

Взысканий нет?

Ничего. Раньше мы имели право вносить представления и инициировать вопрос о привлечении следователей полиции и оперативников к дисциплинарной ответственности. Сейчас этого права прокурора лишили и каких-либо последствий за невыполнение требований прокурора в законе нет.

Это нонсенс, потому что в Конституции написано, что прокуратура осуществляет организацию и процессуальное руководство досудебным расследованием. Как модно организовывать и руководить чем-либо не имея возможности хотя бы поставить вопрос о привлечении к ответственности того лица, которое не выполняет твоих организационных и управленческих решений?

Мы постоянно говорим о том, что прокурор не сделал то, прокурор не сделал это, а получается, что он должен расследовать дело вместо полиции? Функция прокурора прописана в законе: процессуальное руководство путем того, что он дает указание. Он дал, что дальше? Они не выполнены. Он их повторно дает, полиция их не выполняет. Им это неинтересно и не надо. У них, как правило, другие задачи. Расследуются почему-то дела, где один сосед другому набил морду, либо кража шоколадки из супермаркета. Они ими заваливают прокуратуру. Когда идет речь о действительно важных делах, связанных со злоупотреблением при распоряжении коммунальной собственностью и другими коррупционными вопросам, то сразу возникают проблемы.

Это как в случае с пожаром детского лагеря «Виктория» в Одессе. Еще до инцидента было открыто дело по тендерному сговору подрядчиков. Оно висело, пока лагерь не сгорел…

Оно висело в полиции… Мы задаем вопрос иностранным коллегам, как у вас обстоят дела, когда полиция не выполняет ваших указаний? Они не могут понять, о чем речь идет. У них этого вообще в жизни не бывает, чтобы полицейский позволил себе не выполнить указания прокурора. Они вообще не понимают о чем речь идет. А у нас это в 99% уголовных производств.

С какого периода это началось?

Фактически это началось с того периода, когда у нас приняли на абсолютно новых принципах новый УПК (ноябрь 2012 года). В нем заложена совсем другая философия организации досудебного расследования. При этом каких-либо организационно-практических мероприятий по реформированию правоохранительной системы для того, чтобы она соответствовала УПК, не было принято. Это все фасадная реформа. Логически  исходили из того, что в Европе если прокурор идет с материалами дела в суд, то он в полном объеме несет ответственность. У нас ответственность на прокурора возложили, но при этом каких-либо возможностей, чтобы он обеспечивал качество этих материалов ему не дали. Вот и в этом собственно говоря, у прокуроров вечный когнитивный диссонанс, когда от него требуют по максимуму, а выполнить он не имеет возможности. В этом, наверное, основная психологическая проблема всех прокуроров страны. Хотя скажу, что профессиональное ядро прокуратуры пока сохранилось, но это пока.

Как Луценко без юридического образования возглавляет ГПУ?

Когда было принято решение парламента, этого не отрицает и сам Луценко, что это решение было политическим. О юриспруденции тут речь не идет.

С точки зрения Конституции и всего остального…

В Конституции квалификационные требования к Генеральному прокурору не прописаны. Они прописаны на уровне закона. Вся европейская и даже американская, английская практика всегда говорит о том, что прокуроры это лица с юридическим образованием. Поэтому однозначно это неправильно. Это признает и сам Юрий Витальевич. Он говорит, что да это неправильно, но была такая ситуация в стране, когда при руководстве прокуратуры, которое вроде бы было профессиональными прокурорами, отношение к прокуратуре, ее имидж и авторитет упали ниже плинтуса и необходимо было принимать какие-то экстренные меры. Поэтому было принято решение о назначении политического тяжеловеса Луценко генеральным прокурором. С точки зрения юридической, КДКП при увольнении генпрокурора должна давать заключения о выполнении им профессиональных обязанностей. Со временем возникнет необходимость давать заключение о выполнении профессиональных обязанностей Луценко. Как можно дать заключение о выполнении профессиональных обязанностей юриста человеком, который по профессии не является юристом, я не знаю.

Вообще ход реформы прокуратуры это сплошные противоречия. Например, Европейское сообщество, куда мы все стремимся,  говорит, что нужно устранить политическую ответственность Генерального прокурора. Это неправильно. Это не по европейски, это вообще нонсенс. Приняли изменения в Конституцию и что? Опять же у нас  генпрокурор остается лицом, которое несет политическую ответственность, потому что Верховная Рада имеет право выразить ему недоверие.

Беседовал Денис Корнышев

Снимал Алексей Карманов

 

Больше интересного - в нашем Telegram-канале

comments powered by HyperComments
Другие интервью